Мудрые высказывания и умные фразы Сальвадора Дали

Люди так не волновались бы, если бы я был посредственным художником. Всех великих художников подделывали.


Магия не в самих вещах, а в отношениях между обыкноенными вещами.


Между сумасшедшим и мной разница только одна: су­масшедший думает, что он в своем уме, а я знаю, что я не в своем уме.


Меня завораживает всё непонятное. В частности, книги по ядерной физике — умопомрачительный текст.


Меня зовут Сальвадором — Спасителем — в знак того, что во времена угрожающей техники и процветания посредственности, которые нам выпала честь претерпевать, я призван спасти искусство от пустоты.


Меня совершенно не трогает, что пишут критики. Я — то знаю, что в глубине души они любят мои работы, но признаться боятся.


Механизм изначально был моим личным врагом, а что до часов, то они были обречены растечься или вовсе не существовать.


Миру придется немного потесниться, и еще вопрос, вместит ли он гения!


Мне лучше спится после получения чеков на большие суммы.



Мода это то, что способно выйти из моды.


Мои усы радостны и полны оптимизма. Они сродни усам Веласкеса и являют собой полную противоположность усам Ницше.


Моя живопись — это жизнь и пища, плоть и кровь. Не ищите в ней ни ума, ни чувства.


Не бойтесь совершенства. Вам его не достичь.


Не будь у меня врагов, я не стал бы тем, кем стал. Но, слава богу, врагов хватало.


Не старайтесь прикрыть нарочито небрежной живописью свою посредственность — она обнаружит себя в первом же мазке.


Несчастны нищие духом, ибо благие порывы связывают их по рукам и ногам.


Новую религию можно основать только с благословения банкиров.


Ну выйдет человечество в космос — и что? На что ему космос, когда не дано вечности?


Обожаю умных врагов.


Обычно думают, что дурной вкус не может породить ничего стоящего. Напрасно.


Особенность моей гениальности состоит в том, что она проистекает от ума. Именно от ума.


От Веласкеса я узнал о свете, лучах, бликах и зеркалах куда больше, чем мог бы узнать из сотен увесистых научных книг. Его полотна — это золотая россыпь точных, выверенных решений.


От скульптуры мы вправе требовать как минимум одного — чтоб она не шевелилась.


Ошибка - от бога. Поэтому не старайтесь исправить ошибку. Напротив, попробуйте понять ее, проникнуться ее смыслом, притерпеться к ней. И наступит освобождение.


Пейзаж — это состояние души.


По мне, богатеть не унизительно, унизительно умереть под забором.


Подчинись тому, чему не обязан подчиниться.


Пока весь мир разглядывает мои усы, я, укрывшись за ними, делаю свое дело.


Пока все разглядывают мои усы, я, укрывшись за ними, делаю своё дело.


Политика, как рак, разъедает поэзию.


Произведение искусства не пробуждает во мне никаких чувств. Глядя на шедевр, я прихожу в экстаз от того, чему могу научиться. Мне и в голову не приходит растекаться в умилении.


Простейший способ освободиться от власти золота — это иметь его в избытке.


Раз я не обладаю той или иной добродетелью, мне причитается компенсация.


Разница между мной и сумасшедшим в том, что я не сумасшедший.


Разница между сюрреалистами и мной заключается в том, что сюрреалист — это я.


Рядом с историей, политика - не более чем анекдот.


С годами я хорошею.


Сам я, когда пишу, не понимаю, какой смысл заключен в моей картине. Не подумайте, однако, что она лишена смысла! Просто он так глубок, так сложен, ненарочит и прихотлив, что ускользает от обычного логического восприятиия.


Самые жестокие существа на свете — дети. Их готовность убить и надругаться не знает себе равных.


Свобода вроде шпината - что-то вялое, без костей.


Скажите мне, почему человек должен держать себя в точности так, как прочие люди, как масса, как толпа?


Скромность - мой природный изъян.


Слова для того и существуют, чтобы сбивать с толку.


Смерть завораживает меня вечностью.


Со всей ответственностью заявляю: я никогда не шутил, не шучу и шутить не собираюсь.


Согласно закону возмещения, постулату о неустойчивости равновесия и принципу разнородности недостаток чего-либо дает в конечном итоге новую систему отношений.


Стоит заговорить со мной о Французской революции, как я делаюсь болен.


Страдая, я развлекаюсь. Это мой давний обычай.


Сюрреализм — не партия, не ярлык, а единственное в своем роде состояние духа, не скованное ни лозунгами, ни моралью. Сюрреализм — полная свобода человеческого существа и право его грезить. Я не сюрреалист, я — сюрреализм.

Понравилось? Расскажите друзьям.